Об эпидемиях и короткой памяти Одессы.

Август 1812г. открыл в Одессе одну из самых драматических страниц ее истории. Внезапная смерть трех актрис из театральной труппы Монтовани и Замбони заставила градоначальника назначить особую комиссию, выводы которой были однозначны — чума. Предпринятые дополнительные меры по введению для города карантинного положения не смогли остановить смерть, которая ежедневно уносила десятки человеческих жизней, невзирая на ранги и звания. Улицы Одессы опустели. Все лавки, магазины, общественные здания были закрыты. Лишь только мортосы (погребальщики) вынуждены были заниматься не покладая рук своей страшной работой, при помощи длинных шестов подбирая умерших и вывозя трупы на своих телегах на чумное кладбище.

Герцог Ришелье, собиравшийся накануне появления чумы отправится в действующую армию, принял мужественное решение остаться в Одессе, хотя у него были все возможности руководить карантинными мерами за чертой города. Невзирая на смертельную опасность, градоначальник лично возглавил небольшую группу особого комитета, члены которого ходили по домам, советуя горожанам предпринимать те или иные меры предосторожности, фиксируя количество заболевших и умерших. Комиссия быстро разобралась в случившемся, и виновник чумы был ею легко найден. Это был грек Афанасий Царепа, прибывший из Константинополя, где тогда была выявлена чума. Именно поэтому эпидемия чумы в Одессе 1812 г. попала в исторические исследования как «заносная».

Арманд-Эмманюэль де Ришелье не был глубоко верующим человеком. Но по свидетельству аббата Николя, он один раз видел Ришелье рыдающим в церкви, после того как молодая женщина отдала герцогу с рук в руки своего младенца, а затем скончалась. Это было потрясение выше человеческих сил.
К февралю 1813г. эпидемия жестокой болезни стала ослабевать. И хотя локальные рецидивы ее еще продолжались, чума была побеждена. Всего заболело чумой 4038 человек, умерло 2632, среди них лучшие врачи, которые самоотверженно боролись с моровым поветрием. Одесса потеряла каждого девятого жителя.

Прошло уже 200 лет, но грозным напоминанием всем потомкам остается гора Чумка. Эта гора, вероятно, единственный в своем роде такой некрополь в Европе. В других местах, где полыхали эпидемии, умерших хоронили на кладбищах. Да и в Одессе захоронения умерших от чумы вначале проводились на обычных кладбищах, пока не было выяснено, что люди умирали от чумы. За все годы, прошедшие с тех грозных времен, никто не позволял каким-либо образом нарушать покой этих мест. Было понимание того, что этот страшный возбудитель, возможно, дремлет в земле, и если его побеспокоить, то он может вновь проявить себя. И такие беспокойства в какой-то степени имели под собой почву.
Ведь еще во время эпидемии чумы в Одессе 1901—1902 годов наш земляк — ученый Н. Ф. Гамалея, который тогда активно участвовал в ликвидации чумы в Одессе, предполагал, что «..чума характеризуется чрезвычайным упорством и наклонностью превращаться в эндемию…», то есть в какой-то степени укореняться и становиться местной. Кроме того, сегодня уже многие ученые мира, занимающиеся изучением этого возбудителя, по-иному смотрят и оценивают свойства этого страшного микроба, который может длительное время «дремать» в окружающей среде и при невероятном стечении обстоятельств проявить себя в агрессивной форме. Именно с этих позиций места чумных захоронений лучше не беспокоить.
Вот как по поводу захоронений новороссийский губернатор и полномочный наместник Бессарабской области граф М. С. Воронцов отношением от 15 января 1825 г. за № 623 обращается к исполняющему должность одесского градоначальника: «…остающиеся после бывшей здесь в 1812 г. чумы кладбища, где одни умершие от оной исключительно погребались, как сделалось мне теперь известным, находятся совершенно открытыми для проходящих, и я сам видел одно за Тираспольскою заставою, где не имеет ни огорожи, ни окопано рвом.
Как таковые места в недрах земли легко могут сохранить опасность заразы через долгое время, то я покорно прошу Ваше Высокородие приказать немедленно собрать и ко мне доставить сведения, сколько таковых чумных кладбищ находится около Одессы и в каких оне местах, дабы по получении сего сведения можно было принять меры, ручающиеся за безопасность».

Входоиерусалимская церьковь на Тираспольской заставе (2-я застава). Построена в 1858г.

Ответ последовал быстро (21 января 1825 г. за № 493). Вот его содержание:«Вследствие поведения Вашего Сиятельства от 15 числа сего месяца, о чумных кладбищах, около Одессы находящихся, получив ныне от Градской полиции требованные сведения, имею честь Вашему Сиятельству донести:
Чумных кладбищ у самого города в 1812 г. учреждено было два — одно Христианское и другое Еврейское за Тираспольскою заставою, престаящего Порто-франко позади Городского кладбища, которые окопаны небольшим рвом. Сверх того в предместье города Молдаванке на кладбище также хоронились умершие от чумы до тех пор, пока свойство сей болезни не было дознано.
Графа М. С. Воронцова не удовлетворило сообщение о количестве чумных кладбищ. Он предписывает одесскому градоначальнику (от 29 июля 1826 г. за № 6724): «немедленно распорядиться, чтобы ближайшие к городу из чумных кладбищ были обнесены решетками и обсажены деревьями, а состоящие в дальнем от города расстоянии вновь окопать рвами, и чтобы строго наблюдаемо было за недопущением засыпать их землею».
К сожалению у нас, нынешних одесситов, очень короткая память и самое парадоксальное, что на порге эпидемии коронавируса, вводя самый жесткий карантин, мы беспечно и безответственно раскапываем другую заразу — чуму! Сегодня в тех местах, где были кладбища и хоронили умерших от чумы (парк Шевченко, Преображенский парк (парк Ильича), зоопарк), ведется хозяйственная деятельность, раскапываются всевозможные траншеи, сооружаются зрелищные и другие объекты.

Мы, одесситы, — жители уникального города мира, живем уже в XXI веке. С тех давних времен многое позабылось. Но сколько бы времени ни прошло, мы — цивилизованные люди и должны по элементарным нравственным законам чтить память предков, невинно павших во время грозной эпидемии и защищать наш город от повторения «черных» страниц истории Одессы.
По материалам: Александр Третьяк «Герцог Ришелье»; Иван Русев «Память о чуме в Одессе» (изд.Вечерняя Одесса)

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*